Электронная газета "Вести образования"

Previous Entry Share Next Entry
Специалист по обслуживающей науке
eurekanext

Наше общество привыкло с недоверием относиться к новшествам, исходящим от государства. Особенно достается образованию – «разрушение лучшей в мире советской школы» сделалось общим местом для СМИ и дискуссий в блогах. Еще не утихли дебаты вокруг стандарта для старшей школы, а на наше образование обрушилась очередная напасть – новая система оплаты труда школьных учителей (НСОТ). Особенное недоверие она вызывает в Москве.

Неудивительно: в столице зарплаты школьных учителей не так уж низки, к тому же Москва столкнулась с НСОТ едва ли не последней в России. Изменения – всегда стресс, даже когда речь не идет о деньгах. НСОТ в школах ожидают без особого восторга. Рассказывают о том, что теперь заработок учителя будет тесно связан с количеством детей в классе, что директора будут платить стимулирующие надбавки своим любимчикам... Мне показалось любопытным взглянуть, что происходит в школах, уже перешедших на НСОТ, и попытаться оценить московских учителей, получивших стимулирующие надбавки.
Гимназия № 1133 – из тех школ, что находятся в авангарде нашего образования. Все новшества, вышедшие из недр Министерства образования и науки, в первую очередь внедряются здесь. Во всяком случае, когда речь идет о Москве. Новая система оплаты труда не стала исключением. Пять учителей гимназии № 1133 уже успели получить стимулирующую надбавку.
Светлана Викторовна преподает математику. Сегодня она ведет занятие у первого класса. Ребята разбились на группы, каждая занята своим, отдельным делом. «Разбить класс на небольшие группы – хороший способ работы, если учеников много, – рассказывает Светлана Викторовна после окончания урока. – Так можно эффективно организовать занятие и когда в классе 28 человек, и когда 30. Особенно хорошо этот прием работает с младшими школьниками. Они любят не просто учиться, но еще общаться между собой в процессе. Желание работать индивидуально обычно появляется позже. Первый-четвертый класс – идеальное время для воспитания навыков работы в команде. Им нужно грамотно воспользоваться». Работа с большим количеством детей, по мнению Светланы Викторовны, не должна смущать педагога: «Групповая работа позволяет индивидуализировать процесс обучения. Мы же работаем с разными детьми – кто-то усидчивый, кто-то очень быстро думает, но так же быстро отвлекается. Если одна из групп на уроке заканчивает работу раньше прочих, я даю им новое задание, а сама иду помогать тем, кто отстает. А в следующий раз те, кто работает быстро, будут в группе с теми, кто все делает медленно. Я считаю, очень полезно посмотреть, как работают люди, совершенно не похожие на тебя, поучиться у них. В жизни точно пригодится».
Происходящее в группах на первый взгляд больше похоже на урок труда. У одних – два сосуда с водой. Нужно выровнять объемы. У других – весы и пшено. Задача – уравнять массы в чашечках весов. У третьих – два куска цветной бумаги. Нужно выровнять их площади – от одного отрезать, к другому приклеить. Вот первоклассник старательно переливает воду из одной колбочки в другую, а его товарищ записывает, сколько грамм отняли, а сколько прибавили. Еще один человек в группе рисует каждый грамм в виде отрезка на бумаге. В группе с пшеном точно так же отсчитывают крупу, а в группе с бумагой – приклеенные сантиметры. Наконец жидкость в колбочках – на одном уровне, чаши весов уравновешены и двум кускам цветной бумаги придана равная площадь. Скорее всего, ребята с бумагой – из числа тех, кто работает быстрее прочих: клеить и резать, к тому же ровно, сложнее, чем переливать или пересыпать. Если бы им дали другое задание, они, справившись с работой, начали бы мешать остальным.
Теперь время предъявить результаты. Представитель каждой группы объясняет, сколько было перелито, пересыпано и переклеено, показывая одноклассникам рисунок с отрезками. Кажется, я начинаю понимать, в чем дело. Пшено, вода, цветная бумага – все это понятные вещи, которые можно пощупать. Обозначить изменение объема, массы или площади одинаковым отрезком – уже выход на определенный уровень абстракции. Возможно, когда ученики Светланы Викторовны будут изучать геометрию с ее «прямыми» и «плоскостями», им будет проще понять, как самые практические вещи можно объединять в группы отвлеченных понятий.
Светлана Викторовна подтверждает мое предположение. «Математика, – говорит она, – обслуживающая наука. Мало кто способен оценить красоту формул и математических построений. Особенно это относится к детям с их предметным мышлением. Поэтому я стараюсь дать им представление о том, что такое число, с помощью работы с предметами».
Светлана Викторовна, скорее всего, знает, о чем говорит – с маленькими детьми она работала с юности. В пятом классе, помогая в качестве «шефа» учителю начальной школы, она решила стать учительницей. Потом были помощь классному руководителю, переход в школу с педагогическим уклоном и поступление в Московский государственный педагогический университет. В гимназии № 1133 Светлана Викторовна работает уже четырнадцатый год – с пятого курса. Ей повезло (по ее собственному мнению) первый год поработать стажером – знаний, полученных в университете, оказалось для реальной работы в школе совершенно недостаточно. «Мы всего полгода изучали педагогику и психологию, – говорит Светлана Викторовна. – А практики было очень мало. Когда молодой учитель приходит в школу, он, может, и имеет знания, но мало понимает на самом деле, как их передавать. Хотя именно в этом состоит его работа. В результате первые года два приходится подолгу готовиться к урокам. Я и сейчас работаю не только и не столько в школе – часто все выходные уходят на подбор материалов, литературы, подготовку презентаций. Но у меня сейчас и классное руководство, и наш математический кружок, и дополнительные занятия. А молодой педагог, скорее всего, готовится столько же, сколько и я, для своих 10 часов в неделю. Поэтому в новой системе оплаты труда мне нравится только одно – ставка в 18 часов. Сейчас все хотят себе сразу полную ставку, но далеко не каждый может сразу же начать полноценно работать».
Действительно, не каждый сможет придумать для каждого урока интересную работу с предметами да еще учесть при распределении особенности группы. А приходится, потому что детям нужно отталкиваться от конкретных представлений, а не зазубривать формулы и теоремы. Зримым подтверждением этой теории может стать первоклассник из математического кружка Светланы Викторовны, недавно выступавший на окружной олимпиаде по математике. Да и среди ребят постарше лауреатов всероссийских олимпиад самого высокого уровня столько, что иная математическая школа могла бы гордиться. Собственно, в том числе за это Светлана Викторовна и получает стимулирующую надбавку к зарплате.
«Когда я только закончила университет, учителя были низкооплачиваемой профессией, – вспоминает она. – В цене были юристы, экономисты. Сейчас, конечно, есть юристы и экономисты, получающие существенно больше, однако и мы тоже начинаем потихоньку входить в когорту высокооплачиваемых специалистов. Я не считаю, что оплата – это так важно. Когда я решила стать учителем, никто не обещал высоких заработков. Я организовала математический кружок и готовила ребят к олимпиадам, когда за это еще ничего не доплачивали. Но не все так могут. Мне кажется, новая система оплаты труда будет хорошим стимулом для всех тех, кому одного энтузиазма мало».
С этим утверждением я не могу согласиться. Энтузиазм хорош для пишущих «в стол» писателей. Обществу и государству, детям и их родителям нужны конкретные результаты. Нельзя приравнять учителей к непризнанным гениям, которые никому ничем не обязаны. Но требовать что-либо от творца имеет право заказчик, а заказчик должен платить.
Напоследок мне хочется все-таки оценить, насколько возможно при распределении надбавок поощрить своего бездарного любимчика. Светлана Викторовна открывает на экране компьютера длиннейший список критериев – здесь и результаты ЕГЭ и ГИА, и участие учеников в олимпиадах, и наличие рабочих программ и планирования на год, и авторство программ... Что ж, если человек, удовлетворяющий всем этим параметрам, еще и со школьной администрацией состоит в особенно хороших отношениях, такую администрацию можно только поздравить.

  • 1

Особенное недоверие?

Начало этого материала:
"...на наше образование обрушилась очередная напасть – новая система оплаты труда школьных учителей (НСОТ). Особенное недоверие она вызывает в Москве", -
заставило сказать.

Работа дискуссионного клуба Минобрнауки http://club.mon.gov.ru/teachers и других дискуссионных площадок, участие московских учителей на круглых столах и в "открытой студии" свидетельствуют о том, что, во-первых, в Москве как раз меньше недоверия, а больше понимания и вдумчивости. Чувствуется огромная работа московского департамента со школами, переходящими на НСОТ. К сожалению, не во всех регионах столь скрупулезная работа и далеко не во всех регионах на введение НСОТ есть возможность выделить столь значительные средства, как в Москве (на повышение и выравнивание норматива).
И особые объективные трудности с введением НСОТ есть в сельских территориях, где из-за расселения нет конкуренции школ, и не все подходы НСОТ применимы - но это ведь не о Москве?

Ну и, насколько известно из СМИ, пилотные школы шли в эксперимент по переходу на НСОТ добровольно. Идти в эксперимент с настроением "очередная новая напасть" - не очень-то конструктивно...

Стоит ли читать дальше, вот в чем вопрос....

  • 1
?

Log in

No account? Create an account