?

Log in

No account? Create an account

Электронная газета "Вести образования"

Previous Entry Share Next Entry
Кэмбриджский стандарт в пустыне Гоби
eurekanext

Записки выпускницы МГУ (Монгольского государственного университета) о том, как она изучала китайский язык в Улан-Баторе после школы в Улан-Удэ. 

Как я там оказалась
Еще в средней школе мне захотелось стать синологом – знатоком китайского языка и культуры, даже слово это мне понравилось. Захотелось знать китайский язык – так странно звучащий и выглядящий, эту древнюю культуру, влияние которой столь ярко проявлено в буддийском Иволгинском дацане – рядом с Улан-Удэ, моим родным городом.
И когда пришло время решать, куда поступать учиться, я выбрала Монгольский государственный университет – это было от нас самое близкое место, где можно было учиться непосредственно у носителей языка. Кроме того, именно там я получила возможность стать обладательницей диплома международного образца, качественного образования на английском и монгольском языках с иностранными преподавателями, возможность обучения по обмену в других странах и комфортные условия проживания. Вступительные экзамены, историю Азии устно и английский язык в виде теста я сдала еще весной и к началу учебного года-2006, уже студенткой (с группой таких же, как я ) уехала в Улан-Батор, которому на пять лет суждено было стать моим вторым домом.
Хотите знать, какое чувство я испытала, миновав линию пограничного контроля в Кяхте? Шок. Будто сама природа изменилась. За спиной остались густые сосновые леса, а здесь были бескрайние степи, одинокие юрты, пасся скот… В голове закрутились вопросы – куда это и зачем я попала, где цивилизация? Не меньший шок, но уже другого рода, был нанесен монгольской столицей, которой мы сразу дали название «города летающих пакетов». На улицах – ни одной урны, ветер гонит мусор и пыль, беспорядочное движение, пробки и даже сам воздух какой-то грязный. В дополнение к этому вокруг слышится незнакомый и совершенно непонятный язык, а почти все прохожие – с радиотелефонами. И последний удар этого «дня знакомства» – общежитие для иностранных студентов, которое уже настолько переполнило копилку разочарований, что я проплакала всю ночь. Но отступать было поздно.

Как я была студенткой
Было сложно, хотелось опустить руки и все бросить, но своей цели я достигла.

Наутро в университете прошло деление на группы по изучению монгольского языка, и мы, тринадцать ребят из Бурятии, оказались в группе «Д», где монгольский преподавался на монгольском. Наверное, это было правильно – ведь уже через две недели я начала строить предложения, а через месяц – выражать свои мысли. С этого момента для меня стала открываться новая, настоящая, интересная Монголия. Уроки были познавательными, насыщенными, появились монгольские друзья, и я уже чувствовала себя как дома. После года освоения монгольского я поступила на факультет китайского языка и культуры, и тут внезапно открылось, что монгольский, которому нас учили, совершенно «не тот»: в лексике монголов-китаистов я не понимала ни слова, казалось, что все это дурной сон. Ведь китайский язык со своими особенностями произношения – четырьмя тональностями, иероглифами и непростой грамматикой – и без того считается одним из самых сложных, а изучение его на монгольском, языке довольно грубом и жестком по своей сути, где написание расходится с произношением, где построение предложения отличается от русского, – задача далеко не из простых.
Но, как известно, сложности закаляют, и постепенно становилось легче. Первая сессия, вторая, нервы, волнение, экзамены – все пошло своим чередом. Со второго курса у нас, наконец, появились преподаватели из Китая, не знающие ни английского, ни монгольского – и вот это уже была самая лучшая языковая практика: мы заговорили на китайском! Пусть не идеально, но появился реальный результат. Так шли годы, и все это время я не уставала объяснять удивленным монголам, почему я учусь именно здесь. Возможно, это было загадкой и для меня, разгадку которой я нашла только по окончанию учебы. А может, она всегда была во мне, но для того чтобы ее понять, мне нужно было осознать, что уже совсем скоро я покину эту страну, может, навсегда.

Но они так и отказались понимать. То ли аргументы мои, вроде хороших педагогов, качественного преподавания и интересных лекций, их не убеждали, то ли они сами «твердо знали», что в Монголии хорошего образования не может быть «по определению». А что я сама? Я стала обладателем диплома международного образца, который должен котироваться по всему миру, ведь он международный, но насколько это достоверно, мне еще предстоит проверить. Помимо диплома я получила опыт общения с иностранными педагогами, яркие впечатления, полезный жизненный опыт плюс три иностранных языка – монгольский, китайский и английский. По-моему, немало. Теперь нужно найти (или самой создать) то пространство, в котором это богатство можно обратить в капитал. То есть доказать всем тем, кто сомневался в качестве монгольского образования, что и с ним я могу стать хорошим специалистом, главное – направить свои знания и опыт в нужное русло. Может быть, это звучит, как будто я пытаюсь убедить в этом себя, но это не так. Ведь я знаю, что дал мне мой университет и как этим пользоваться.
 
Начало «монгольского чуда»? 
Демократическое образование, свобода выбора, готова ли Монголия к таким преобразованиям?

За пять лет, проведенных в стране тайн, загадок и удивительной природы, я не только многое поняла и усвоила, но и стала свидетелем того, как «периферийная» страна начинает сама себя преобразовывать. Ведь именно в этом, 2011 году Монголия вышла на новый уровень развития. Произошел мощнейший рывок в горнодобывающей промышленности, выросло количество предприятий и заводов, что положительно сказывается на экономике страны, средняя заработная плата населения выросла на треть (при этом каждый монгол знает, что в той сумме, за которую он расписывается в платежной ведомости, 21 000 тугриков (477 рублей ) – его «природная рента» от сырьевых богатств родины.
Выросло количество новых заводов и предприятий, а с ним и потребность в специалистах узкого и широкого профиля, ведь раньше 90 процентов специалистов приглашали из заграницы. А это – прямая утечка средств, потому что правильнее вкладывать деньги в своих людей, в свою страну, поддерживать отечественных специалистов. И сейчас в Монголии происходит то, что было в СССР в начале 1930-х годов. Началось интенсивное выведение системы образования на качественно новый уровень. На встрече с делегацией оценочной комиссии Кембриджского университета премьер-министр Монголии Сухбаатарын Батболд сформулировал свою позицию так: «В настоящее время очень важно для детей и молодежи получить качественное и конкурентоспособное образование – это послужит дальнейшему развитию страны. Монголия – страна с богатой историей и демократическое государство. С одной стороны, необходимо сохранять традиции и ценности своего народа, а с другой – надо создавать и развивать систему образования, которая соответствует мировым стандартам. Поэтому мы решили внедрять кембриджский стандарт в школах, университетах и других образовательных заведениях».

В рамках работы по внедрению кембриджского стандарта в Монголии будут созданы 30 лабораторий. Кроме того, планируется разработать специальную учебную программу для общеобразовательных школ. Осуществлять ее власти начнут уже с сентября этого года, имея в виду постепенный переход на кембриджские стандарты в течение пяти лет. По словам министра науки, культуры и образования Монголии, результаты этой работы вполне проявятся к 2020 году. Почему именно эта система? Потому что она является исключительно гибкой. Среди множества разнообразных учебных курсов всегда найдется тот, что наиболее подходит учащемуся. И в школе, и в университете есть возможность по своему усмотрению выбирать дисциплины и специализацию. Более того, при желании выбранные предметы и направление можно поменять. Независимо от возраста, национальности и вероисповедания учиться в учебных заведениях может любой. Основные этапы образования – это начальная школа, куда дети идут с 4–5 лет, среднее с 11 лет и подготовка к университету – с 16 до 18 лет. Для перехода в каждую следующую стадию обучения ребята сдают внутренние экзамены, хорошие результаты которых являются обязательной стадией для перехода на следующую ступень. Эта система кардинально отличается от нынешней, в которой до сих пор отдает Советским Союзом. Насколько Монголия готова к таким переменам и каким будет результат, покажет время.

Действительно, сделать предстоит очень много. Ведь сегодня более половины правительственных чиновников получили высшее образование за рубежом. И дело не только в том, что там дается более качественное образование, но и в возможности получить его бесплатно, да еще и получать стипендию. Еще одна проблема – это нехватка студенческих общежитий. Если нет средств на съемный угол, приходится ночевать просто рядом с общежитием в надежде, что впустят на постой «под лестницу». Правда, студенты-отличники 1-го и 2-го курсов поощряются государством и имеют возможность учиться дальше в вузах России, Америки, Германии и Китая. А отличники-бакалавры могут продолжить бесплатное обучение по своей специальности за границей на степень магистра и доктора.
Серьезные изменения заметны и в дошкольном и начальном школьном образовании. В связи с переходом (с 2008 года) на 12-летнее образование теперь в первый класс монгольские дети идут с шести лет, а не с восьми, как раньше. Активно вводятся европейские и американские технологии и методики. Уроки даются в игровой форме, а их продолжительность сокращена до 35 минут. Монгольские специалисты утверждают, что качество образования действительно стало лучше.

Монголия – в моем сердце
Почему же я все-таки приехала сюда?  Испытание или подарок судьбы?

И в заключение – лирическое отступление. У меня ощущение, что без него мой рассказ о Монголии будет не просто неполным, но не даст читателям почувствовать душу этой замечательной страны.
Я скажу так: какие бы изменения ни происходили в политике, экономике и образовании Монголии, всегда останутся неизменными ее бескрайние степи, звездное небо над головой, свобода и удивительное гостеприимство. Я объездила почти всю страну, видела караваны верблюдов в пустыне Гоби и вблизи узнала монголов. Я вместе с ними ела их пищу, пела их песни, слушала их истории. Говорят, что улан-баторцев испортили деньги и власть – пусть и с оговорками, но я, пожалуй, с этим соглашусь. Но одно я знаю точно: нет гостеприимней и щедрей народа, чем монголы. Не описать, как встречают тебя старики в степной юрте, готовые отдать своему гостю последнее. Не выразить, как они благодарны русской студентке за то, что она говорит на их языке и знает обычаи и традиции их народа.
Как-то раз мы с друзьями поехали на природу, и на обратном пути у нас сломался автобус. Самым печальным было то, что до ближайшего села, где можно было сесть на поезд, оставалось «каких-то» двадцать километров. Делать было нечего – пришлось идти пешком. Через несколько часов мы, уставшие, голодные и мучимые жаждой, наткнулись на жилище. В окнах горел свет, и мы решили попросить воды. Каково же было наше удивление, когда хозяин пригласил войти – а нас было не больше не меньше пятнадцать человек, – угостил нас чаем и уложил спать (до ближайшего поезда оставалось как минимум три часа).
Так почему же я все-таки поехала в Монголию и оправдала ли эта страна мои ожидания?
Да, оправдала. До приезда сюда я и подумать не могла, что узнаю так много, научусь азиатскому спокойствию и мудрости (очень хочу верить, что научилась), пойму философию бескрайних монгольских степей, стану с удовольствием ездить верхом на лошади, а монгольский язык превратится в мой второй родной. Об этом не могла подумать ни я, ни все те, кто ехал тогда со мною в автобусе по маршруту Улан-Удэ – Улан-Батор. И хотя из тринадцати человек нашей группы университет закончили только трое, о том, что в их жизни был Монгольский государственный, не жалеет никто.
Алена Шадрина


  • 1
  • 1