Электронная газета "Вести образования"

Previous Entry Share Next Entry
…быть собой – и только!..
eurekanext
Призыв, вынесенный в заголовок, вдохновлен, как, вероятно, уже припомнил читатель, заключительными словами знаменитого стихотворения Бориса Пастернака «Быть знаменитым некрасиво». Там было: «И должен ни единой долькой // не отступаться от лица,// но быть живым, живым и только, // живым и только до конца». Но что значит «не отступаться от лица»? Это и значит быть собою. И чтобы «быть собою», нужно «иметь лицо». В русской культуре (особенно в литературе «золотого» XIX века) проблема «лица» была задана как одна из ведущих. Да и могло ли быть иначе в стране всевластного чиновничества, униженного человеческого достоинства и пресмыкательства перед любой властью? Крайне сложно найти по-настоящему крупного поэта или писателя (на память приходит, пожалуй, только Афанасий Фет), кто не оставил бы сатирических и саркастических характеристик униженных и унижающих. Не говорю о гениальном Гоголе и его Акакии Акакиевиче, но перечитайте Салтыкова-Щедрина! Перечитайте в сочинениях Козьмы Пруткова «Проект о введении единомыслия в России»! «Тема лица» имеет прямое отношение к образованию, поскольку именно в детском и школьном возрасте человек обретает или не обретает лицо – становится или не становится личностью. То, что он сам хочет личностью стать, очевидно. Но хочет ли  того школа и стоящие за нею общество (если оно есть) и государство (оно есть всегда)? Эта коллизия чрезвычайно контрастно прослеживается в истории отечественного образования –– и в имперском, и в советском, и в новейшем ее периодах. Давайте начнем об этом неспешный серьезный разговор. А почему нельзя?

Как известно, «короля делает свита». И король «потеряет лицо» не только допустив персональную оплошность, но и в случае, если его окружение продемонстрирует свое неуважение к Его Величеству. И разве мы с вами не бывали свидетелями случаев, когда поведение учеников унижало учителя в глазах коллег или родителей и заставляло его «терять лицо»? А сколько раз на дню публично «теряет лицо» каждый ученик – и не только из-за невоспитанности своих сверстников, а «благодаря» нашей, учительской бестактности, порою даже нарочитой. У ребенка должен быть специальный опыт достижения состояния «самого себя» и уверенного пребывания в нем. Но это возможно только в открытом, публичном пространстве. И лучше всего – «перед лицом своих товарищей» (если воспользоваться формулой, кто помнит, из пионерского «торжественного обещания»). В последние годы мы привыкли произносить много слов об индивидуальном подходе к ребенку, о его индивидуальной образовательной траектории, индивидуальных учебных и метаучебных достижениях, о становлении личности, способной жить в непредсказуемо развивающемся мире и т.д. Так вот: тезис состоит в том, что по-настоящему успешным человеком (а разве не во имя достижения именно такого результата прокладываются все эти траектории?) может стать только тот, кто обретет собственное лицо. Обретет сам, а не воспользуется возможностью приобрести маску в «магазине готовых лиц». Такие магазины есть повсюду в мире, а в нашей стране – так просто на каждом углу: в одном из них вам предложат маску «подлинного русского», в другом – «настоящего татарина», в третьем – «истинного православного», в четвертом – «настоящего мусульманина» – и так по всем религиям России и по всем «сущим в ней языкам». Там вам объяснят, какую чистоту, высоту и духовность обретет ваша душа, едва вы последуете прилагаемой инструкции по ношению той или иной маски, сколь прозорливы вы станете в отношении козней тех, кто носит маски, отличные 
от вашей.


Похвальный лист гимназистки. 1914 г. Как видим, символика гораздо важнее самого документа. Фактически он фиксирует  не учебные достижения  выпускницы, а увековечивает в ее памяти трехсотлетие царствования дома Романовых
Никто не спорит, многие люди вполне чистосердечно и внутренне непротиворечиво воспринимают предлагаемые им «готовые» системы норм и ценностей как свои – особенно если они воспитываются в них с детства, тщательно оберегаются от всевозможных чужих и чуждых влияний и привыкают считать, что эта система и есть синоним их личностной идентичности. Кто-то из них действительно пронесет свет своих убеждений через всю жизнь, постоянно находя подтверждение их истинности. Кто-то усомнится, но (порою мучительно) преодолеет сомнение либо откажется от прежних убеждений. А иные с годами утратят совпадение между своим «я» и духом и смыслом учения и превратятся в «формалистов от веры», в филистеров – ханжей и фарисеев, – с гениальной силой показанных в пьесах А.Островского. А можно ли, в отличие от описанной, представить ситуацию, когда человеку (даже ребенку, не говоря уже о подростке) предлагаются не готовые духовно-нравственные «комбинезоны», пошитые сотни и тысячи лет назад по лекалам того времени, а реальные поступки его самого, его сверстников и старших современников, и следует комментарий не относительно того, как обязательно надо поступать в данной ситуации, а как вообще возможно поступить и к каким последствиям тот или иной поступок (решение, выбор) скорее всего приведет. Что если «нельзя» будет появляться только в том случае, когда ты сам для себя определяешь, почему именно тебе нельзя, недопустимо, невозможно. В конец концов, вы никогда не ловили себя на мысли, что «Уголовный кодекс» не запрещает совершение абсолютно никаких преступлений, а просто сообщает, чем рискует человек в случае «преступления черты». Если хочешь – преступай, но знай, что тебе за это грозит. Выбирай.

Система запретов & система отказов
Свободный выбор – вот самый прямой и эффективный путь к обретению себя и, следовательно, своего лица. Это путь постоянного диалога с самим собой и со всей окружающей средой – людьми, традициями, культурами, драмами и трагедиями жизни. И разумеется, на этом пути тебе встретятся (не могут не встретиться) великие учения и великие учителя человечества, мыслители, писатели и поэты – властители и «инженеры» человеческих душ. И наша – учительская и воспитательская – задача в том-то и состоит, чтобы как можно раньше ввести ребенка в этот разноголосый круг, показать ему, какие разные ответы давали эти великие учителя на одни и те же вопросыжизни. Кто-то, взрослея и набираясь опыта, находит свои окончательные ответы, а кто-то – не находит никогда, хотя уже многие века и даже тысячелетия существуют великие книги, в каждой из которых, как считают сотни миллионов людей, зафиксирована вся истина. Но книг таких, как известно, несколько, и каждому из нас приходится самому судить, какая из предлагаемых истин представляется нам «истинней» и почему. И еще. Выбирая что-то, мы отказываемся от остального. Можем выбрать – но сознательно отвергаем этот выбор. Нам никто не запрещает взять – мы отказываемся сами. «Запретный плод» перестает быть сладким, потому что он уже не запретный. Так возникает совесть. Искуситься, соблазниться при свете совести означало бы предать себя (в собственных глазах), утратить лицо (в глазах окружающих). Такому человеку нужна не только внешняя система запретов – у него есть еще своя внутренняя система отказов. Вместо «не убий» и «не укради» – «не убью» и
«не украду».

Путевка в жизнь? В какую?
Как же мы представляем себе этот «путь обретения» со своей учительской, практической точки зрения? Нам что, заранее известно, какое именно лицо «должно» быть у каждого нашего воспитанника? (Тот же вопрос в равной степени относится, разумеется, и к родителям.) Или нам известны обстоятельства (социальные, политические, культурные, бытовые, профессиональные и т.д.) его взрослой жизни и деятельности и мы готовы уже на школьной скамье обезопасить его от падения лицом в грязь? На эти частные, узко-конкретные вопросы у нас, разумеется, нет и не может быть ответов. Но ответы (или хотя бы гипотезы ответов) на более общие, рамочные вопросы о среднесрочной перспективе человечества у нас есть. Полагаю, они, по большому счету, знакомы читателям. Но всегда хочется воспользоваться возможностью получить сведения из первых рук. В данном случае обратимся к международному прогнозу будущего «The next fifty years» («Следующие пятьдесят лет»), вышедшему в свет в Нью-Йорке в 2002 году. В этом проекте участвовали ученые, работающие в различных областях науки – биологи и нейробиологи, психологи и математики, астрономы и физики-теоретики. В разделе «Очевидное» они пишут: «Что сегодня совершенно ясно, так это мощный альянс науки и бизнеса, породивший глобальную культуру, главными принципами которой являются прогнозируемость, контроль, инновации, управление и экспансия. В основе этих принципов лежит рациональность и знание, которые открывают дорогу к пониманию и природы и, как следствие, к освобождению из-под ее власти. И действительно, сегодня мы можем избавить человечество от голода и нищеты благодаря производству товаров с применением научных знаний и проникновению капитализма в самые отдаленные уголки планеты. Однако не всё получается так, как хотелось бы. Большая (и растущая) часть населения по-прежнему живет в голоде и нищете; плодородные почвы истощаются; загрязнение земли, воды и воздуха неблагоприятно влияет на обитателей Земли. В результате климатических изменений и деятельности людей атмосфера становится всё более турбулентной, и многие виды животного и растительного мира вымирают с такой скоростью, какой не бывало со времен мелового периода. Способность государств защищать своих граждан уменьшается по мере активизации транснациональных организаций, осуществляющих беспорядочную торговлю товарами и услугами. (Свою роль, добавлю от себя, начинает играть, как мы видим, и терроризм – как локальный, так и транснациональный. – В.Б.) Экстраординарное распространение информационных технологий привело к тому, что чье-то решение об инвестициях или перемещение капитала способно обрушить мировые рынки и даже смести правительство. Растущий хаос в природе сопровождается политическим хаосом. О стабильности и надежности не может быть и речи, а ведь именно они должны были стать результатом научно-технического прогресса. Мы неожиданно оказались на пороге мрачного века, гораздо более опасного, чем Средневековье, где дезинтеграция носит глобальный характер».

Простите, вы – Ближний?
В чем выход? Вот суждение одного из крупнейших отечественных антропологов и культурологов В.В. Иванова, который в книге «Наука о человеке. Введение в современную антропологию» (2004) пишет: «Несомненно, что катастрофа мирового масштаба, угрожающая человечеству в целом, вполне реальна. Бесспорно также, что противостоять ей может только объединенное человечество. Вопрос заключается в том, удастся ли вовремя начать те действия, которые отодвинут или приостановят эту катастрофу, или к ним перейдут с опозданием, когда она уже начнется. Главным препятствием на пути к реальному объединению людей, необходимому для спасения вида, является неуклонное и быстрое нарастание религиозных, этнических и других различий между странами и их группами. В той мере, в какой науки антропологического цикла могут повлиять на ослабление этих тенденций, их практическая роль может оказаться значительной. Идея всеобщего мира обосновывалась еще Кантом. Весь опыт больших мировых войн прошлого века и малых локальных войн последних лет говорит о живучести тех сторон человеческой коллективной психики, которые должны быть преодолены прежде, чем всерьез можно будет думать о реализации философской идеи философского мира. Общественный договор как философская проблема, некогда поставленная Руссо, в настоящее время может быть распространен от одной страны или одного сообщества на сообщества всех стран и народов. Философская антропология пришла к пониманию сообщества людей, в основе которого лежит их отношение друг к другу. Исходным является соотношение «Я» и «Ты». Бубер и Бахтин сформулировали его как диалогический принцип. Из него вытекает роль «Другого» (в немецких работах – «Ближнего»), как и в принципах иудео-христианской религиозной философии. Эти идеи не являются особенностями одного уединенного мыслителя или одной религиозной или философской школы. Чтобы убедиться в этом, достаточно сопоставить постановку и решение проблемы «одушевленности Другого» в буддийской логике и в современной экзистенциальной философии. Мысль, по которой отношение к Другому основано на том, чтобы всегда видеть в нем Ближнего, составляет фундамент общечеловеческой нравственности. Ее распространение на отношения между разными странами, культурами, религиями, этническими и социальными группами указывает на возможность выхода из тупика, в котором оказалось современное человечество».

Готовность к диалогу и выбору
Иными словами, среда, в которой придется жить сегодняшним детям, однозначно будет глобальной (не виртуально глобальной, как для большинства из нас, сегодняшних взрослых), а актуально глобальной, т.е. они физически будут жить (собственно, уже живут) в совершенно открытом, настежь распахнутом планетарном пространстве со всеми его сквозняками, которых мы, их взрослые современники, почти не ощущаем – наша социализация пришлась на  совершенно иную эпоху. (И, кстати, именно поэтому межпоколенный разрыв так драматично дает знать о себе). Это будет мир жесткой конкуренции – не только личностных и профессиональных компетентностей, но и культур, языков, религий, традиций, этических норм и ценностей, образов жизни. Эта конкуренция (назовем ее естественной, поскольку она объективно вытекает из самого хода нынешнего развития человечества) будет осложняться (и очень болезненно) возникновением радикальных и крайне радикальных обществ, стремящихся «упростить» эту сложность по своему «единственно истинному» рецепту. Если эти общества поставят на службу себе ядерное, химическое или бактериологическое оружие (которого в арсеналах со времен холодной войны хранится более чем достаточно, чтобы несколько раз уничтожить и отравить весь род людской), легко (и жутко) представить себе, что  ждет «этот прекрасный, прекрасный, прекрасный мир».


Есть выражение: «не видеть человека в упор». С этой точки зрения  эта  «Грамота» представляет исключительный интерес.  Вчитайтесь в текст, в смотритесь в оформление и почувствуйте стилистику отношения власти кгражданину: она настолько его «не видит», что даже  обращается к нему в третьем лице! Зато «первые лица» представлены портретно. Как цари – всего  за  два десятилетия  до этого

А теперь подумаем, какие компетентности выходят на первый план для людей, которым предстоит в этом грозном мире жить? Или, если быть историческими оптимистами, какие компетентности нужны новому поколению, чтобы не допустить развития событий по пессимистическому сценарию? Ответ очевиден: это – способность оценивать культуры, религии, традиции, нормы и ценности, образы жизни на адекватность задачам снятия или эффективного уменьшения названных угроз. Именно через такое самоопределение лежит путь к обретению своего человеческого «Я», признающего и принимающего как «Ближних» такие же «Я» всех «Других». Но эту способность к диалогу с самим собой и окружающими людьми нужно целенаправленно развивать с детства. В этом, собственно, и состоит «предмет» социализации. Если она пущена родителями и воспитателями на самотек, если вдобавок пример взрослых воспроизводит образцы недиалогического, некультурного, эгоистического, часто откровенно асоциального поведения, то чего же мы хотим от ребенка?

Есть дело. Совершенно новое и очень ответственное
Воспитание в культуре, в диалоге, в поиске компромиссов и критическом обретении принципов, а не в назиданиях, проповедях или нотациях – вот что нужно для становления мыслящей личности, имеющей собственное лицо. Но чтобы научиться воспитывать так, нельзя ограничиваться только чтением монографических исследований или даже участием в семинарах и конференциях (при всей их важности и нужности). Только на практике можно освоить искусство сотрудничества разных людей, порождающего совместную выработку новых – уже общих – норм и ценностей (а также способов их защиты от радикалов, склонных к «окончательным решениям» того или иного вопроса по рецептам Третьего рейха, ГУЛАГа, «красных кхмеров», «Аль-Каиды», Брейвика, наконец). Воистину, имеющий очи да видит. Либо воспитатель исходит из убеждения, что ни от него, ни от его подопечных ничего не зависит и зависеть никогда не будет, либо из того, что от него и них (и всех остальных) зависит многое, если не всё. В первом случае действительно нет никакого смысла «заморачиваться» проблемами какого-то там «ответственного выбора» или «критического мышления» – все твои задачи четко прописаны в должностных инструкциях, а там ничего такого нет. Во втором случае тебе до учеников «есть дело». Ты действительно хочешь им споспешествовать (старинное слово, очень здесь уместное). И в твоей деятельности нет ничего более ценного, чем споспешествование в обретении ими собственного лица. В этом твоя миссия как Человека и Педагога.
Владимир Бацын,
фото автора

  • 1

запреты против отказов

эта мысль текста - запреты против отказов - особенно близка.
Прямо Е.Е. Крашенинников против В.К. Бацына.
я - на стороне Бацына. Считаю, никакая вера яне способна заменить душевную работу по формированию собственных ценностей. И именно такие ценности -"высший закон во мне", который действительно определяет наши мысли и поступки. Конечно, для эой работы нужен "культурный слой". Именно в таком ключе необходимо знакомство с религиями, духовными практиками и тд. А не в ключе насаждения этих ценностей как единственно истинных. Как вообще истинных.
Это в продолжение спора с текстом Е.Е. Крашенинникова в первом номере

Re: запреты против отказов

имею в виду вот этот материал:
http://eurekanext.livejournal.com/2562.html

  • 1
?

Log in

No account? Create an account