Электронная газета "Вести образования"

Previous Entry Share Next Entry
Главное преимущество и недостаток – «бездушность»
eurekanext
Шперх_ЖЖ
Недавно коллеги, обсуждая новость о том, что эссе американских школьников будут проверять роботы, задались вопросом: а не нарушает ли такой робот-учитель. Первый закон робототехники («Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред»)?

В самом деле, ученик ведь может расстроиться и заболеть, когда узнает, что у него «двойка». Очень часто мы, учителя, «из педагогических соображений» выставляем оценку не за знания, а за что-то другое. Готов ли осознать это «что-то другое» робот? Признаюсь, у меня нет ответа на этот вопрос. Более того, я все же склонен разграничивать позиции учителя-робота и учителя-человека. Нил Стивенсон в романе «Алмазный век, или Букварь для благородных девиц» убедительно показал, что для полноценного образования даже самая продвинутая автоматизированная система не годится. Потому что в этом процессе мы часто сталкиваемся с такими тонкими вопросами, разрешить которые способен только человек. Причем любящий, чувствующий и неравнодушный.
Те самые коллеги, которые спорили о законах робототехники, решили, что робот-учитель, даже выставляя негативную оценку, все же приносит благо ученику, так как проясняет его положение и позволяет выстроить дальнейший путь. Так что Первый закон не нарушается.
Законы робототехники придуманы были Айзеком Азимовым как руководство для «разумных» роботов.
Мое отношение к ЕГЭ можно было бы описать в двух пунктах:

  1. ЕГЭ безусловно полезен как инструмент для внешнего аудита качества знаний учащегося. И тут главное преимущество – «бездушность», дающая возможность объективной и стандартизованной оценки.

  2. ЕГЭ безусловно вреден как единственное мерило работы ученика и учителя. И тут «бездушность» играет свою отрицательную роль. Потому что автоматизированная система работает по заранее заданным правилам (это вам не азимовские роботы с позитронным мозгом). И ее всегда можно обмануть. Обмануть можно впрямую, получив каким-либо образом подсказку (в век мобильных технологий проследить за всеми способами получения подсказок практически невозможно). Но намного неприятнее обман косвенный, выражающийся в «натаскивании» на определенные типы вопросов. А по сути это тоже обман системы, хоть и недоказуемый, но намного более серьезный.

Самое неприятное, что может быть в ЕГЭ (и это, увы, встречается уже повсеместно) – это замена процесса обучения процессом натаскивания на успешную сдачу экзамена. В самом деле, если раньше говорили: «Зачем учить географию, когда есть извозчики?», то теперь: «Зачем учить это, если этого нет в ЕГЭ?»
При этом движение в этом направлении характерно с двух сторон: ученики стремятся минимизировать усилия и не распыляться на получение «ненужных» знаний, учителя же, зная, что результаты сдачи их учениками экзамена являются чуть ли не единственным мерилом их успеха, также стремятся бросить все силы «в направлении главного удара».
Увы, именно эти два процесса определяют во многом ситуацию в выпускных классах сегодня. Учителю требуется изрядное мужество и настойчивость, чтобы в 11-м классе заниматься еще чем-то.
Впрочем, является ли это какой-то новостью в нашем образовании? Когда я учился в 10-м классе, наша учительница литературы точно так же задиктовывала нам тексты билетов. Правда, делала она это только для того, чтобы освободить время и почитать с нами Булгакова. Надо ли говорить, что тогда, на рубеже 80-х, никакого Булгакова в школьной программе не было. Она делала это на свой страх и риск.
Собственно, сегодня ведь ситуация ничем не отличается. Что мешает учителю говорить с учениками о том, что он считает важным? Зачем он тратит все время на натаскивание к ЕГЭ? Может быть, проблема не в программе, а в приоритетах? Я знаю, что, когда я начинаю урок и закрываю дверь, то ко мне без разрешения не может войти даже министр образования. На своем уроке я абсолютно свободен и несу ответственность только перед своими учениками. Ровно так, как я понимаю ее сам.
Другое дело, что по многим предметам ЕГЭ устроен так, что при базовом курсе его не сдать. Вот, к примеру, ЕГЭ по информатике.
У меня в школе базовый курс ЕГЭ по информатике рассчитан на углубленный. Разработчики и не скрывают, что информатика – экзамен по выбору. И выбирать его могут только те, кто изучал предмет углубленно.
Что же делать мне, простому учителю, если паче чаяния мои ученики захотят сдавать этот экзамен? Боюсь, что только одно: хочешь сдать на отлично – нужно заниматься помимо школы. Мой опыт показывает, что базового курса вполне достаточно для успешной сдачи частей А и В.
Но часть С требует ежедневных тренировок и опыта программирования. Без углубленного курса там делать нечего.
Впрочем, даже частей А и В достаточно, чтобы получить твердую «четверку». Так что каждый решает сам.
Но – что очень важно – ЕГЭ позволяет получить реально независимую аудиторскую оценку знаний учащихся. Потому что автоматизированная система позволяет не просто непредвзято оценить результаты работы учителя, но и проанализировать их. Недавно мы проводили тестирование учащихся в рамках аттестации ОУ. Так вот, система предоставила нам подробнейшие отчеты о том, какие задания для учеников оказались наиболее сложными, где у них были проблемы, а что они выполняли без проблем.
Что-то не видел я подобных отчетов по результатам ЕГЭ. Может, конечно, плохо интересовался?
Анатолий Шперх

?

Log in

No account? Create an account