?

Log in

No account? Create an account

Электронная газета "Вести образования"

Previous Entry Share Next Entry
Дети, живущие в сети
eurekanext

Руководитель центра дистанционного образования Института развития образования Иркутской области Светлана Гершпигель считает, что дистанционное образование – это не форма, а технология, которая пришла в наше очное, традиционное обучение. Дистанционное образование позволяет нашим детям из удаленных территорий, детям с особыми образовательными потребностями, детям из малокомплектных школ получать, конституционно реализовывать свое право на бесплатное, общедоступное общее образование.


– Но то, что касается детей одаренных, та категория из особых образовательных потребностей, конечно, мы помогаем им развивать их способности, детям с ограниченными возможностями помогаем социализироваться в этом обществе и получать дополнительную коммуникацию. И действительно, как говорит один из наших ребятишек: «У меня несмотря на то, что я лежу на кровати, каждый день огромное количество гостей дома».

– Что касается финансовых механизмов дистанционного образования, они отличаются от традиционных?
– Да. На сегодняшний день очень тяжело идет процесс как раз разработки финансово-экономической модели финансирования дистанционного образования. Безусловно, оно достаточно дорогостоящее и не влечет за собой только разовых вложений. Оно требует постоянно достаточно серьезных финансовых вложений, это связано с трафиком, с заработной платой. Потому что мы однозначно уверены в том, что педагог, работающий в сети, не должен получать ту же самую заработную плату, что и педагог, работающий традиционно, потому что это иная технология, это иной уровень компетенции, это совершенно иной подход к качеству предоставляемой образовательной услуги.
На сегодняшний день в Иркутской области мы пытаемся разработать такую модель. Стоимость муниципальной услуги мы уже в нескольких муниципалитетах просчитали, пытаемся сейчас адаптировать, посмотреть, будет ли работать эта схема в другом муниципалитете. И задача ближайшего года – разработать региональный норматив, потому что по детям-инвалидам если у нас отработанные схемы, мы уже совместно с муниципальным образовательным учреждением реализуем учебный план ребенка, и тогда регион финансирует в муниципалитет очную часть обучения ребенка, а дистанционную часть финансирует там, где сетевые педагоги, в региональный центр дистанционного образования.
Конечно, что касается массовых школ, массовых комплектных школ, то есть общего широкого образования, то там финансирование идет значительно сложнее. Пока мы пытаемся работать из расчета 14 детей, т.е. сетевая группа, но это на уровне муниципалитетов. Межмуниципальное взаимоотношение сейчас пытаемся простроить, очень трудно, потому что те нормативы, которые действуют на уровне межбюджетных взаимоотношений, к сожалению, очень не способствуют развитию дистанционного обучения.

– Дистанционное обучение возможно только как дополнительное к основному или возможен теоретически переход полностью на дистанционное образование?
– Мы как раз переход на дополнительное образование рассматриваем как второй этап нашего развития дистанционного обучения, потому что мы в отличие от многих регионов детям-инвалидам предоставляем основное общее образование, а дополнительное образование – это уже второй путь. И сейчас мы попытаемся с регионом решить вопросы финансирования, дополнительного образования для этих детей, для других детей.
У нас основное общее образование. Оно не сверх для детей-инвалидов, у них очень ограниченный учебный план. Мы его пытаемся приблизить к стандартному учебному плану за счет применения дистанционных образовательных технологий. Для одаренных детей это, конечно, дополнительное образование. Для этого существует в регионе региональная программа «Одаренные дети», а все остальное прежде всего нацелено на общее образование.

– Значит, с учетом дистанционного образования дети-инвалиды с ограниченными возможностями получат полностью то качество образования, которое заложено во ФГОС?
– Нам бы так очень хотелось, но, к сожалению, пока мы не дошли до такого уровня, но на пути. Т.е., допустим, на третьей ступени, на ступени среднего полного общего образования наши детки уже в отличие от других регионов вместо 12 часов, если говорить о количественных показателях, получают 17 учебных часов. В этом году мы планируем поднять это до 22–24, вот сейчас просчитываем возможность финансирования такого объема. Конечно, количество не всегда переходит в качество, это совершенно понятно, но тем не менее количество тоже есть показатель предоставления качественной услуги в данном случае. Мы не можем реализовать полную образовательную программу за восемь часов, когда их должно быть 28.
 
– Вы затронули финансовый механизм и методический, а по поводу кадрового? Сложно готовить учителей именно на дистанционном обучении?
– Когда мне задают вопрос по кадрам и говорят, какие критерии отбора, как вы вообще их отбираете. Кто-то говорит, наверное, надо брать традиционно учителей высшей квалификационной категории или, наоборот, молодых, потому что они технологически более готовы. Вы знаете, нет, у человека для начала должно быть внутреннее убеждение, что он готов к внедрению инновации в своей образовательной деятельности. У меня есть педагоги, которые еще студенты, есть педагоги, которым далеко за 60, и они все замечательно и успешно работают с детьми в сети. Готовить не просто, потому что это особая технология и очень много нюансов. Первая подготовка – в объеме 144 часов, а потом на протяжении всех лет работы – это семинары, консультационная поддержка, методическое сопровождение. Это та технология, которая не позволяет один раз научиться и работать, она заставляет каждого педагога постоянно совершенствоваться и быть в теме.
Поэтому наших педагогов мы отбираем, предварительно проводим какие-то семинары, отсматриваем, после этого говорим о том, что они должны сделать для себя выбор – и дверь открылась.
Ирина Астахова