Электронная газета "Вести образования"

Previous Entry Share Next Entry
Они выбирают смерть
eurekanext

В последнее время на новостных лентах все чаще и чаще появляются сообщения о детских и подростковых самоубийствах. Добровольно решают прекратить свое земное существование выходцы из самых разных социальных и общественных слоев и групп, уходят из жизни и в одиночку, и с друзьями и подругами. Все это не может не вызвать больной вопрос: почему? Что не так? Где наши, взрослых, просчеты и ошибки, которые подталкивают наших детей к этой роковой черте? Ученые и педагоги, опираясь на статистику, находят причины в самых разных сферах и сторонах нашей жизни: кто-то винит социальные условия и экономические проблемы, другие – семейные и личные неурядицы, неумение справляться с кризисными жизненными ситуациями. Третьи винят школу и всю систему образования в целом, устранившуюся и отстраненную от функции воспитания. Раздаются голоса, что всему виной СМИ и интернет, не только смакующие каждый такой трагический случай, но и вполне открыто «популяризирующие» суицид и изощренные способы иго исполнения. В социальных подростковых интернет-сетях никого не удивишь сообществами и своего рода «клубами» будущих самоубийц. Самоубийц того самого возраста, когда, как кажется, жизнь только начинается, когда перед тобой открывается множество путей: выбирай, дерзай, борись, живи. Но они выбирают иное – смерть…
Со всеми этими доводами нельзя не согласиться, все это есть, и все это может служить причиной роста числа самоубийств. Однако каждая из этих причин, да и все в совокупности, не дают вразумительного ответа на простой закономерный вопрос: а что, разве до этой «вспышки» мы жили в принципиально ином мире? Разве не было социальных и экономических проблем? Разве не было семейных драм, разводов, конфликтов? То есть всего того, что выдвигается на роль если не первопричины, то по крайней мере весомой причины явления? Все было, все присутствовало, исключая, быть может, киберпространство, ставшее неотъемлемой частью жизни наших детей. Так может быть, именно оно – и главный виновник? Но и эта гипотеза начинает «трещать по швам», не будучи в состоянии ответить на вопрос: а что заставляет наших детей прятаться в иллюзорном мире от реальной действительности?
Попробуем взглянуть на эти проблемы несколько с другой стороны. Обратим внимание, что подавляющее большинство случаев трагедий приходится на возраст 14–18 лет, то есть тот самый «переходный» возраст, когда меняется не только человеческое тело и психика, но и требуется получить ответ на серьезнейшие «взрослые» вопросы. Причем те самые вопросы, которых сами взрослые всячески избегают и боятся даже подумать о них. Вопросы эти крайне лаконичны: а зачем? в чем смысл моего существования в этом мире и есть ли он вообще? что в нем – мире – такого ценного, за что следует держаться за него и потратить на это всю свою жизнь? Кто я – обезьяна, вооруженная интеллектом и компьютером, изобретающая все новые и новые способы удовлетворения своих прихотей, или …? Эти и подобные вопросы не могут не возникать у человека. Этим он и отличается от «тварей бессловесных». Но вот ответы… Окружающий мир, то есть мир нас, взрослых, готов дать немедленный и универсальный ответ на все эти неудобные вопросы: не дури, не высовывайся, живи как все, ты не в состоянии изменить этот мир, он есть таков каков есть, и самое разумное – приспособиться под него, и взять от него все, что сможешь. Цени то, что ценят все: успех, карьера, престиж, достаток, уважение окружающих – вот тебе жизненные ориентиры. Стремись жить так, и все будет хорошо.
Все будет хорошо… А что – хорошо, а что не хорошо? Большинство принимают эти «правила игры» взрослых, и больше – до поры до времени, таких вопросов себе не задают. Но встречаются и исключения. Некоторые, самые неугомонные – бунтари и низвергатели авторитетов, не принимают этого, не могут согласиться, и начинают искать другие ответы. Им нужна истина, они не согласны на суррогат. Они чувствуют (в таком возрасте говорить о том, что они понимают – неверно) ценность жизни. Их жизнь становится осмысленной. Существует еще одна категория: она не принимает предлагаемые «стандарты», но и не мыслит о существовании иного. Искать и бороться – сверх их сил. Они не могут сориентироваться, не имея живых примеров и опоры. Таких – увы, немало. Именно они и становятся потенциальными самоубийцами. Конечно, далеко не все из них совершают этот страшный грех, но вот внутренняя готовность… Дело остается лишь за подходящей «почвой» – в виде мощных негативных переживаний, скорбей да подходящего стечения обстоятельств…
Что же может быть опорой для них? Это вопрос уже не к ним, детям, а к нам – взрослым. Веками основой нашей культуры было христианское понимание жизни как служения. Служения ближнему, служения Родине, служения народу, обществу, государству. Какие же ассоциации у изрядной части нашего общества вызывает это слово сейчас? Служение – о чем это он тут говорит? Это что такое?
«Родина – это там, где кусок пожирнее» – ни мало не смущаясь заявляет некий высокопоставленный чиновник от образования. «Только ненормальный станет защищать эту страну», – безапелляционно констатирует холеная дама – депутат Госдумы – перед телекамерами. Уверен, что перечень подобных высказываний читатель может продолжить еще и еще. Как это ни дико, но это стало нормой нашей общественной морали. Мы весьма успешно формируем нового человека – свободного от «средневековых предрассудков» в виде семьи, долга, самопожертвования. Духовный либерализм, провозгласивший приоритет личного над общественным, пришелся по сердцу изрядному числу наших соотечественников. За броскими лозунгами и призывами реально стоит банальный человеческий эгоизм. Общество цивилизованных эгоистов – вот идеал этой идеологии. Стоит ли удивляться, что ребенок, воспитанный в семье, где вместо супругов, то есть любящих друг друга папы и мамы, готовых пожертвовать собой ради близкого человека (на славянском языке «сопруг» – парная упряжка) – лишь партнеры по совместному ведению хозяйства, не умеет любить – его просто некому учить. То есть он прекрасно научается любить себя – и только. Сможет ли он создать настоящую семью? Эгоист не станет отдавать жизнь за свое Отечество – это ведь не приносит никакой выгоды. Самолюбец не сможет развивать ни науку, ни производство. В наших реалиях это убыточно, не приносит быстрой прибыли, а поэтому – стоит ли это делать?
Поэтому, ища ответ на вопрос, почему наши дети добровольно уходят их жизни, давайте сначала зададим вопрос себе: а какую жизнь мы им готовим? Что мы можем им дать? Ведь эгоисты неспособны дать ничего, кроме своего эгоизма. Они способны только потреблять, у них масса прав, за которые они готовы отдать все на свете, и нет никаких обязанностей. Им должны все, а они – никому. Может, «апофеоз общечеловеческих ценностей» – либерализм – чужд нашей культуре, и смерть наших детей – это их крик о страшной опасности, которой мы сами себя подвергаем?
Александр Мартыненко

  • 1

Интернет в помощь воспитателям

Министерство внутренних дел Эстонской Республики не так давно предало огласке статистику неестественных смертей. В 2011 году таким образом оборвалась жизнь у 500 человек. В 2011 году покончили жизнь самоубийством 186 человек. Это на 35 случаев меньше по сравнению с 2010 годом, и заметно меньше по сравнению с 1994 годом, когда было зарегистрировано более 600 самоубийств (в начале 90-х Эстония была среди европейских лидеров в списке совершенных самоубийств в пересчете на душу населения). В 2011 году самоубийства были главной причиной неестественной смерти (в пожарах погибло 73 человека, а от насильственной смерти – 65 человек. Как правило, по мнению специалистов, спустя пару лет после экономического спада число самоубийств растет. Однако статистика 2011 года указывает как раз обратное, и тем не менее по статистике каждый второй день в году из жизни добровольно уходит один житель Эстонии.
Сокращение количества самоубийств в три раза за последние 18 лет (если принимать в расчет соотношение с количеством жителей в стране – сейчас в республике проживает около 1,3 млн человек) еще не повод для победных реляций, ведь в суицидологии предпочитают говорить о факторах риска. Для Эстонии это злоупотребление спиртными напитками (включая наркотики) и психические проблемы (прежде всего депрессия). Поэтому в последние годы в стране пытаются вести борьбу с чрезмерным употреблением алкоголя. Насколько эта борьба успешна, сказать трудно, однако в целом ситуация выглядит более благополучно, чем в соседних Латвии и Литве, но хуже по сравнению с Финляндией. Специалистов, педагогов и родителей особенно беспокоит детский алкоголизм: несмотря на все ограничения (запрет на ночную торговлю спиртным и строгие санкции к предприятиям торговли, замеченным в продаже крепких напитков несовершеннолетним), встретить подвыпивших подростков можно практически в любом уголке Эстонии – особенно в период уик-эндов и школьных каникул.
Каналы распространения наркотиков, которые являются основной причиной самоубийств среди несовершеннолетних, соответствующим службам хорошо известны. К сожалению, школьная сеть является одним из таких каналов. Полиция постоянно проводит рейды в школах, училищах и техникумах, зачастую по инициативе администраций этих учебных заведений. К другим каналам следует отнести интернет, который охватывает практически всю территорию Эстонии и для большинства юных жителей является чуть ли не основной сферой общения между собой. Ни для кого не является секретом, что обмен сообщениями в популярных социальных сетях подвергается постоянному и тщательному мониторингу. В прошлом году в республике даже была введена должность веб-полицейского, в задачи которого входит оказание помощи молодежи. Ведь молодежи легче обсудить неудобные темы с полицией в интернете, чем прийти в полицейское отделение или искать контакты, кому послать электронное письмо. Но основными объектами, на кого выходят виртуальные полицейские, чаще всего являются педофилы.
В Эстонии трудно найти школу, даже самую малокомплектную, где ученикам не оказывал бы помощь штатный психолог. Кроме того, одной из функциональных обязанностей педагогов (прежде всего классных руководителей) является постоянное проведение с каждым учеником «развивающих бесед», на которые зачастую приглашаются родители. В ходе общения учителя стараются выявить болевые точки в развитии своих воспитанников, стараются найти альтернативные подходы в воспитании проблемных подростков. Объясняется проведение таких бесед довольно просто: беду легче предотвратить, чем потом оказывать реабилитационную помощь.
Игорь Калакаускас

Я совершенно согласна с первой частью статьи. Убеждена, что причина (не повод, а именно причина) массовых самоубийств в отсутствии внятного и адекватного ответа на вопрос - в чем смысл жизни (я имею в виду современное общество, причем отнюдь не только в России).
Большинство аудитории тут же мне скажут: "Ну, ведь, нельзя раз и навсегда для каждого человека застолбить какой-то определенный смысл и однозначно на этот вопрос ответить. Тут же каждый должен пройти свой путь, преодолеть разнообразные трудности и собственно сама жизнь это и есть процесс обретения этого самого смысла в каждый конкретный момент". Согласна.
Но тут вспоминается известное выссказывание (про другое, но логика аналогичная): "Атеизм - тонкий лед, по которому один человек может успешно пройти, а народ рухнет в пропасть".
Так вот и с поисками смысла жизни. Конечно, человек, который в долгих и мучительных философских размышлениях и жизненных испытаниях обретет свой смысл - никакого самоубийства никогда не совершит, а будет даже в самых суровых условиях за жизнь бороться.
Но беда в том, что это действительно очень и очень сложно - обрести смысл жизни самому. Для этого, выражаясь метафорически, надо такую мыслительную мускулатуру отрастить - как у самых настоящих философов с большой буквы. Стандарт западного общества - философия индивидуализации везде и во всем, в т.ч. в "смысле жизни" это вообще самое сложное, что можно себе придумать. Совсем не каждый (и даже не большинство) с этой задачей может справиться.
Это прекрасно и очень хорошо, что наших подростков со всей их склонностью к модным гаджетам и вообще всему модному и дорогому, не устраивает философия общества потребления (накопление и материальное благополучие как конечная цель существования). Это как раз признак того, что они ДУМАЮТ! Тот человек, у которого нет глобального вопроса, который не мыслит, тот и самоубйство никогда не совершит - его все устраивает!
Как это не парадоксально, но массовые подростковые суициды это не знак того, что подростки "глупые", "незрелые", "зеленые", "зажравшиеся". А знак того, что поколение это НЕ потеряно. Оно думает, мысль (очень сложная и от того пугающая) бьется как птица в клетке и не может найти ответа, потому что ...и дальше самое страшное: НЕ УМЕЕТ.
Не в отсутствии любви, хамстве или бесчувственности надо упрекать школу и семью, а в том, что (и дальше неожиданный переход на сухой профессиональный педагогический язык) у детей не сформирована компетентность самостоятельного мыслительного поиска ответа на сложные вопросы. Они вопрос-то ставят самостоятельно: "Зачем я здесь?". А что с ним делать не знают. Натуральное обращение к чужому опыту (мама с папой, сверстники, учителя) ничего не дает, т.е. "подсмотреть, списать" чужой смысл не удается. А других способов нет! Не сформированы! Но подросток-то не знает, что у него просто "удочки нет". Он-то думает, что "здесь рыбы нет". Разочарование, депрессия, трагедия.
Выхода из ситуации два:
1) Вариант попроще. Дать некий адекватный набор ответов на вопрос о смысле существования. Причем дать так, чтобы взяли. А значит воспитать веру. В Бога, светлое будущее, любовь к Родине... В принципе годится любая социально приемлемая идеология. Вариант решения пролемы из серии "неэстетично, зато дешево, надежно и практично". Таким способом, мы вообще снимаем необходимость постановки Вопроса. У большинства при наличии граммотной идеологичской подушки никаких вопросов не возникает. Живем, как верим. А у тех, у кого все таки возникает, энергия как правило направлена не на суицид, а на протест, что вполне жизнеутвреждающе и полезно.
2) Вариант посложнее. Вооружить уже наконец детей такими интеллектуальными умениями, которые им позволят самим проблемы ставить и самим же (в сотрудничестве с умным взрослым) их решать. Причем ставить граммотно, а не абы как. В этом варианте они пройдут своим путем сомнений, проб, мыслительных экспериментов, диалогов, встреч, анализа и присвоят сами какие-то из существующих в культуре смыслов. Помочь пройти по этому пути - первостепеннейшая задача и семьи и школы.
Решим - будем жить.

С уважением,
Белолуцкая Анастасия




Увы, никак не возможно согласиться с утверждением о. Александра о том, что «веками основой нашей культуры было христианское понимание жизни как служения. Служения ближнему, служения Родине, служения народу, обществу, государству». То есть с тем, что все было хорошо, пока ценности эгоизма и «духовного либерализма», «чуждого нашей культуре», не начали просачиваться (понятно откуда) и все не испортили. Это очень опасный залог обсуждения. Во-первых, золотого христианского века (почитаем хотя бы письма Чаадаева) в России никогда не было. А во-вторых, что же делать с этим самым эгоизмом, если он так легко, как сам же автор и замечает, тут, в наших палестинах, и процвел? Закрыть все двери не получится (хотя наша страна этот чудовищный вариант уже безуспешно испробовала) – если враг не снаружи, а внутри. А значит, надо, как совершенно справедливо пишет А.Белолуцкая, учить детей думать: выбирать подлинные смыслы.
Но вот только водораздел между вариантами «попроще» и «посложнее» проходит не там. Проста не вера, а суеверия, примитивная идеология, квасной патриотизм» - вот это все очень просто и очень разрушительно. А подлинная вера не только не снимает необходимость постановки Вопроса, но помогает его поставить правильно.


Edited at 2012-03-24 10:21 pm (UTC)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account