Электронная газета "Вести образования"

Previous Entry Share Next Entry
Дошкольная перестройка
eurekanext
петровский_ЖЖ

Доктор психологических наук Вадим Петровский считает, что общество должно изменить свое отношение к дошкольному образованию, потому что множество взрослых проблем формируются в детстве, в возрасте от 6 до 9 лет.

– Вадим Артурович, что, по вашему мнению, в дошкольном образовании в наибольшей степени нуждается в изменениях?
– Во-первых, должно измениться отношение общества, государства к дошкольному образованию. Формула «Маленькие детки – маленькие бедки» порочна в своей основе. Все большие беды начинаются в дошкольном детстве. Это еще не до конца осознано. Множество взрослых проблем – от наркомании до преступности – это «черная работа» тех сценариев, которые формируются в детские годы, в возрасте от 6 до 9 лет. Потом, правда, жизнь вносит свои коррективы, но высвободиться из тисков сценария бывает трудно. Между тем уже в первые годы жизни ребенка, когда закладываются сценарии его долгой будущей жизни, можно разрешить ему быть счастливым. Психологи так и говорят: «разрешение на счастье». Счастливый человек (в отличие от «счастливчика»-Колобка) радуется жизни, не игнорируя риски и трудности мира, а жизнь не чинит ему в этом препятствий.
Но о каком разрешении на счастье может идти речь в условиях действия «учебно-дисциплинарной» модели? Коллеги подсчитали: около 80% высказываний воспитателей имеют негативный характер (критика детей, угрозы наказания, отрицательные оценки, «внушения»). Еще позвольте несколько слов о счастье. Счастливый человек не только радуется жизни «здесь и сейчас». Он идет навстречу трудностям. Он принимает критику, если она конструктивна. В том, что он делает (познает, творит, играет, общается), залог будущей радости. Как бы ни понимать «счастье» (наслаждение, достойная жизнь, любой способ осмыслить для себя как то, так и другое), счастье – это переживание собственной жизненной состоятельности: «могу, что хочу» и «хочу, что могу». Универсальное условие счастья – возможность не только иметь то, что приносит удовлетворение, но и возможность продолжить, повторить это. Из трех желаний, даруемых волшебной палочкой, возможность заказать себе еще одну волшебную палочку. Предложенная нами многие годы назад «Концепция дошкольного воспитания» (о ней я еще скажу) завершалась словами, трудными для понимания тогдашних советских чиновников (цитирую по памяти): «Дети в нашей стране должны не только чувствовать себя счастливыми, но и иметь все основания для этого чувства».
Далее, должна произойти перестройка содержания и процесса дошкольного воспитания как такового. Огромное количество дошкольных работников уверены, что дети должны знать цифры и буквы, что-то из области биологии и обществознания, но ведь это не главное в построении дошкольного образования как профессиональной деятельности педагога. Образование – это личностно-образовательный процесс, а раз «личностно-», то психология здесь играет решающую роль, поэтому психологизация образовательного процесса в детском саду – очень важный ориентир, тем более что есть методисты, воспитатели-методисты, которые могли бы овладевать новыми психологическими знаниями. Но для этого должны быть созданы специальные условия. Сейчас то, что наработано в детской психологии, в практике психологического консультирования детей, семейного консультирования – это огромный массив информации. А детский сад – вне этого информационного поля. Здесь надо налаживать приводные ремни взамен ремню, на котором написано «педагогический» (была такая картинка в «Литературке», одной из немногих советских газет, читаемых интеллигенцией), – приводные ремни, которые позволили бы перевести этот фонд накопленных знаний в живой процесс воспитания детей и, кстати сказать, воспитывающих взрослых.
И наконец, должны быть существенно перестроены программы развития в детском саду. Программы развития по старинке – это программы выращивания знаний, умений, навыков, все эти навязчиво звучащие ЗУНы. Они до сих пор правят, между тем как самое главное – растить устремления детей, то самое единство «хочу и могу», о котором мы говорили, сплав желаний и способностей детей жить активно и радостно. Но это отнюдь не значит, что ЗУНы – плохая вещь. Они – условия и результат развития устремлений. Плохо, когда ЗУНы – цель дошкольной образовательной работы.
С этой проблемой я столкнулся очень давно, еще в перестроечные годы. Я тогда руководил лабораторией дошкольного образования ВНИК «Школа». Это была мощная структура, которую возглавлял Эдуард Дмитриевич Днепров. Под его руководством были созданы предпосылки для реальной, а не какой-нибудь «очередной» реформы образования в нашей стране. По инициативе А.Г. Асмолова я подготовил первый набросок, а потом вместе с группой замечательных психологов и знатоков детства (В.В. Давыдов, Л.А. Венгер, А.Г. Асмолов, Е.М. Бодрова, А.М. Виноградова, Н.Я. Михайленко, А.А. Рояк, А.Д. Шатова, Н.М. Короткова, В.М. Слуцкий, Р.Б. Стеркина, Л.П. Стрелкова) мы создали новую дошкольную концепцию. Позже, уже после того как «Проект Концепции дошкольного образования» – честь и хвала Г.А. Ягодину! – был одобрен решением коллегии Гособразования СССР (1989 год), мы разработали пакет документов, поддерживающих разнообразие подходов к построению образовательного процесса в детских садах и вариативность детских образовательных учреждений (честно говоря, мы гордимся тем, что теперь существует не одна, а много качественно различных образовательных программ, каждая из которых претендует на лидерство; помню, какие бои разыгрывались из-за того, что мы осмелились поставить под сомнение «единственно верную» ЗУНовскую «Типовую программу» – она по тем временам была вне конкуренции, как единственная официально признанная).
Помню, как тягали меня на партийные собрания давать объяснения по поводу «ненормативного» поведения на ниве дошкольной педагогики («Я беспартийный!» – «Ничего-ничего! Мы и с беспартийного спросим!»).
Но все это – мишура (хотя те события до сих пор памятны).
Подлинная проблема заключалась вот в чем. С одной стороны, к моменту создания Концепции все еще доминировала модель классической дошкольной педагогики, ориентированной на обучение детей знаниям, умениям, навыкам (ну как в этом ряду обойтись, например, без знаний о «дедушке Ленине»?!). С другой стороны, уже поднималась волна психологизации в образовании, усиливались позиции гуманистической психологии, ориентированной на развитие у детей позитивного отношения к себе и другим (самоактуализация, эмпатия, взаимопонимание, «личностно-центрированное» общение).
Первоначально нам казалось, что «внедрять» надо именно вторую – субъект-субъектную – модель; но в какой-то момент стало ясно, что было бы неправильно выбрасывать за борт субъект-объектную, знаниевую модель. Нужно искать что-то, что могло бы объединить обе модели. Так я вышел на идею развития устремлений детей.

– Что вы имеете в виду, когда говорите про устремления?
– Устремления – это активность, которая базируется на переживании «я могу». Когда мы говорим о возможностях, мы имеем в виду способности что-то делать. «Я могу» – это реальный источник активности. «Я могу» порождает желания и вместе с ними воплощается в действие. Речь идет о самоценности чувства «могу». Оно даже в чем-то опережает «хочу», первично по отношению к нему. Попробуйте вчувствоваться, «вжиться» в слова «я могу», и скорее всего вы почувствуете желание действовать. «Могу» – это не только условие (инструмент, средство) реализации «хочу»; это также источник новых желаний. В концепции дошкольного образования мы писали о трех тесно связанных между собой, как бы переплетающихся устремлениях: познавательных, волевых, эмоциональных. Мы говорили о том, что эти устремления реализуются в контактах ребенка с миром; а Мир – это «мир четырех миров»: Природа, Рукотворный мир, Другие люди, Я сам – все это особые миры, со своим устройством, законами и даже сюрпризами («сколько лунных дорожек на глади воды?» – попробуйте ответить сходу). В этих четырех мирах должны быть развиты познавательные, волевые и эмоциональные устремления личности.

– Идея осталась только идеей?
– Идея вылилась в существенные трудности ее реализации на двух уровнях. Во-первых, необходимо было создавать примерные программы развития. Во-вторых, эти программы развития должны были быть реализованы в стране. Вы понимаете, это требовало серьезной материальной поддержки со стороны государства. По тем временам это было очень затруднительно. Более того, довлела схема «Маленькие детки – маленькие бедки». На этой ноте мелодия замерла.
А в моей жизни и профессиональных интересах произошли перемены. Я постепенно отошел от этих задач.
Тем временем дошкольное самоценное детство становится объектом атаки со стороны так называемого предшкольного образования.
И вдруг… Новый виток надежд на реформу. Вновь объединяемся с Асмоловым. Приступаем к работе «Нестандартный подход к дошкольным стандартом». Появляется реальный шанс реализовать те идеи, которые когда-то высказывались. Сотрудничаем в составе Федерального института развития образования. Министерство поддерживает… Естественно, в первую очередь надо создавать базовые примерные программы. Принципы создания таких программ уже разработаны: самоценность, детские устремления, личностно-развивающее взаимодействие в системе «ребенок-взрослый». Теперь необходимо искать ресурсы – административные и материальные…
Было много идей, ранее не востребованных. Например, идея порождения авторских программ в детских садах (в порядке эксперимента мы проводили такую работу «на местах», но она вряд ли могла иметь место на основе определенных общих представлений детей. Вторая идея нигде не была формально озвучена, но мы ее довольно активно обсуждали в своих кругах. Это идея о том, что стандарт – это не уровень подготовленности ребенка к будущей жизни, а равные условия для полноценного развития детей (повсеместно контролируются именно условия развития, а уровень развития – локально, с использованием тонких психолого-педагогических измерений). Эта идея – ключевая в построении стандартов дошкольного образования.

– То есть цель нового дошкольного стандарта – не «подготовка к школе», а развитие устремлений детей?
– Подготовка к школе – косвенный результат. Основное же – проживание детьми этого периода жизни как самоценного. Смотрите, как интересно получается. На детей смотрят сейчас сверху, как на людей, которые готовятся к жизни. Сначала – к школе, потом – к вузу, потом – к работе, потом – к пенсии, а пенсионеры готовятся умереть достойно. И получается, что в дошкольном детстве начинается активная подготовка к финалу.

– Значит, готовят не совсем к жизни?..
– Да. Между тем как самоценность детства и жизни – это ключевая ценность дошкольного образования. Вот говорят: «Образовательно-воспитательная работа». Но ведь это логически некорректная формулировка. Смешение рода и вида. Образование (согласно дорогой моему сердцу «ВНИКовской» концепции) включает в себя и обучение, и воспитание, и культивирование индивидуальности ребенка.
Еще одна очень серьезная проблема – изменение сознания дошкольных работников. Сама система обучения дошкольных работников ориентирована на авторитарные методы в общении с детьми. Достаточно зайти в учебное заведение, которое готовит воспитателей, и послушать, как экзаменуют этих будущих дошкольных работников. Экзаменаторы выращивают авторитарных (в отношении детей) и послушных (в отношении начальства) людей. Представьте себе, вы сдаете мне экзамен на тему эмпатии (сопереживания, сочувствия и поддержки), и вы не очень готовы отвечать на мои вопросы; а я – тот самый профессор, который «сеет разумное, доброе, вечное». И я говорю вам: «Ну как же так? Вы же должны были подготовиться! Что вы вообще делали на моих занятиях? Вы их прогуливали! Это безобразие!! Вы взрослый человек!!! Идите, “неуд”!». А речь, на минутку, идет о сочувствии, сопереживании. Какие модели общения я формирую при этом? Естественно, что тот же самый подход будет работать и дальше, уже в контактах с детьми.

– Что бы вы поменяли в педагогическом образовании дошкольных работников?
– Как говорится, «Если бы директором был я»? В этом случае я бы существенно сократил часы на предметную подготовку воспитателей детских садов и давал бы мощную психологическую подготовку; я бы вел переподготовку методистов дошкольного образования как психологов дошкольного детства, а не только как дидактов, передавая им особые умения построения развивающего взаимодействия с детьми. А что касается знаний, они будут естественно передаваться в развивающих средах, которые можно строить в детском саду.
В этой связи замечу: мне кажется очень важным избежать перегибов с внедрением новых моделей образования. Тысячи воспитателей работают так, как привыкли, и работают хорошо. Это живые, умные, любящие детей люди. Они должны сами избрать себе то, что им покажется полезным и интересным. Новая модель в их работе будет сочетаться с прежней, а в какой мере, им подскажет их собственная интуиция и обновляемые знания.
Проблема заключается в повороте сложившейся системы подготовки воспитателей к новым способам и к новым системам общения и построения деятельности с детьми. Это очень сложно, но не кажется нам нереальным. Есть, например, такой подход к выращиванию устремлений. Ребенок выполняет задачу, хотя я ему эту задачу не ставлю, он сам себе ее в дальнейшем поставит. Мне важно просто повторять за ним то, что он говорит. Если я буду повторять то, что он говорит, «давать эхо» его словам, если я буду иногда перефразировать его слова, буду рядом и не буду занимать позицию общения по вертикали, в этих условиях ребенок будет гораздо более активен.

– Получается, что активное слушание гораздо эффективнее, чем авторитарное воспитание?
– Совершенно верно. При активном слушании происходит выращивание субъектности. Представьте себе альбом, в котором много каких-то линий, переплетений, и ребенок не знает, что это такое. Но если полистать этот альбом, на последней странице можно найти разгадку, что там нарисовано. А каждая страница содержит в себе подсказку к последующей. Допустим, это волк из сказки про Красную Шапочку. Как бы поступил традиционный педагог, работая с альбомом? Он бы сказал: «Олесенька, посмотри, что это такое тут нарисовано? Подумай! Если тебе трудно ответить, давай полистаем, посмотрим». То есть происходит такая подвижка к тому, чтобы ребенок догадался, что там нарисовано. Но не сам, а с помощью воспитателя, который занимает позицию знатока, заранее все понимает и знает и требует от ребенка, чтобы он догадался.
Наш подход другой (исследование, предпринятое вместе с психологом С.В. Максимовой). Показывая тот же самый альбом ребенку, мы говорим: «Олесенька, ты посмотри» (просто посмотри – не более!). Олеся смотрит... Потом говорит: «Ой, черточки какие-то…». Что делаем мы? Просто говорим вслед за ней: «Черточки какие-то…». Она продолжает: «Ой, и вихлявки какие-то!» Наш отклик: «Вихлявки какие-то». «Ой, на глазки похоже!» Экспериментатор: «Глазки? Ты увидела глазки? Ты сама увидела глазки?» Мы даем эхо ее словам, но при этом подчеркиваем ее авторство, она сама увидела, мы не просили ее увидеть, мы как бы подносим к ней зеркало: видишь, ты – автор! И тогда она начинает с удовольствием сама искать новые и новые подтверждения того, что может заметить что-то интересное.
Дети в этих условиях потрясающе себя проявляют, совершают шаг в развитии. Но оказывается, самое сложное – обучить воспитателя технике поддерживающего общения, активного слушания. Точно так же как и целому спектру других техник, которые мы могли бы передать воспитателям. Например, переключений «то я – взрослый», «то я – ребенок», «то я – родитель». Но техники эти мало кому известны.

– Не мешать ребенку удивляться, активно слушать его и поддерживать его – это ведь должны уметь не только воспитатели, но и родители?
– Конечно. В свое время у нас была идея подготовки центра психологического просвещения, обучения и консультирования детей и родителей, и сейчас такие центры могут возникать. Но для этого должны победить стандарты.

– Как вы считаете, дошкольный возраст – он должен расширять свои границы? Родители сейчас стараются запихнуть ребенка пораньше в школу. А потом пройти программу двух классов за один год. Нужно ли это?
– Когда-то давно, лет сорок назад, я был свидетелем усилий моих учителей, выдающихся ученых – А.В. Запорожца, В.В. Давыдова, А.В. Петровского, Д.Б. Эльконина, – защитить дошкольников от надвигающейся на них школы. Они писали открытые письма в правительство о недопустимости школьного обучения для шестилеток. Порог зачисления в школу, настаивали они, нельзя опускать ниже семи лет. Шестилетка еще не прожил своего детства, он должен доиграть, прожить этот период.
Но никаких изменений в решениях ответственных товарищей эти письма не вызвали. Говорили: на Западе в школу идут в более раннем возрасте. Но ведь это на Западе! Там совершенно другой стиль общения, отношения к детям. Один мальчик из Абхазии, родители которого были вынуждены покинуть родные места, жил рядом со мной, в Москве, в соседней квартире. Его буквально забили милые школьные учителя вкупе с очаровательными одноклассниками-первоклассниками. Потом родители эмигрировали в Америку. Новая школа. И вот однажды маму мальчика вызывают в эту самую американскую школу! «О ужас, сейчас меня будут снова прорабатывать!» – думает мама. А ей говорят: «Он хороший мальчик, но непонятно, почему он так мало… улыбается». Там система иная, там вхождение в учебу происходит иначе.
Шесть лет – это рано для школы. Есть данные, полученные в Советском Союзе, когда тестировали детей на интеллектуальное развитие, проверяли IQ, брали детей, которые поступили в школу ровно в 7 лет, в 7 лет и 1 месяц, в 7 лет и 2 месяца и т.д. Оказалось, существуют статистически значимые различия между уровнем интеллекта детей всех этих возрастных групп. IQ растет от месяца к месяцу... Шестилеток, впрочем, никто с такой целью не тестировал. Думаю, различия были бы существеннее.
Имея в виду традиционное отношение со стороны государства к такой «мелочи», как психология, вполне допускаю, что когда-нибудь возьмут и понизят и этот порог вступления в школу. Где оно – самоценное детство в нашей стране? Вплоть до последнего времени – предшкольная, я бы даже сказал бредшкольная лихорадка, которую никак нельзя назвать «дошкольным образованием».

– Какие три распространенные ошибки допускают воспитатели и родители в общении с ребенком в дошкольном возрасте? Какие ошибки могут привести к развитию нехороших сценариев?
– В современной психологии детского развития мне ближе всего модель понимания развития, разработанная Эриком Берном, основателем трансактного анализа. Он выделяет целый пласт влияний, которые оказываются чрезвычайно действенными в дошкольные годы и в подростковое время. Например, он выделяет такие послания (не пугайтесь!), как проклятия. С такими проклятиями наши дети сталкиваются повсеместно. Когда мама и папа говорят своему ребенку: «Да провались ты!», «Да чтоб глаза мои тебя не видели!» – то это проклятия. Конечно, для самих родителей это не проклятия, они же просто в сердцах говорят эти слова, они же «любят» своих детей, но дети не понимают, что это «проявление любви», и на полном серьезе полагают, что лучше бы их не было, что родители хотели бы, чтобы они исчезли.
Эти проклятия звучат не только в семьях, они звучат в детских садах. Всем знакомые фразы о том, что «ребенка должно быть видно, но не слышно», а в школе ему скажут: «Не умничай!», а родители еще добавят: «Я тебе мозги вышибу!»…
«Не умничай» – и ребенок делает для себя вывод, что лучше бы он не думал вообще. В трудных жизненных ситуациях этот запрет срабатывает…
Есть запреты – запрет на успехи, когда ребенок добивается чего-то, а ему говорят: «Я так и знал, что у тебя не все получится», «Не будь выскочкой!» и т.д. и т.п. Есть такие очень грубые послания, которые категорически недопустимы, но делаются.

– «Мальчики не плачут» – тоже запрет? На что?
– Это запрет на чувства – как если бы их недопустимо было испытывать настоящим мужчинам. Существует много таких посланий, которые блокируют развитие ребенка, дезадаптируют его и в плане творчества, и в плане исполнительности. Из таких посланий вырастают негативные сценарии жизни. И люди оказываются менее успешными, чем они могли бы быть.
Совокупность негативных директив, моделей поведения, запретов – вот на сегодня типичное «детское питание» из педагогических тюбиков.
Беседовала Олеся Салунова

  • 1

Этот стандарт - ликвидация дошкольного образования!


«. По инициативе А.Г. Асмолова я подготовил первый набросок,» .»Вновь объединяемся с Асмоловым.» - Это уже настораживает. Статьи Асмолова – статьи жулика, все загадками, аллегориями, и ничего конкретного. Прочитав вашу статью до конца, сделал тот же вывод. Много тумана, призрачное обоснование нулевого стандарта.
«Помню, как тягали меня на партийные собрания давать объяснения по поводу «ненормативного» поведения на ниве дошкольной педагогики («Я беспартийный!» – «Ничего-ничего! Мы и с беспартийного спросим!»).» Я считаю и правильно делали!
«, например, без знаний о «дедушке Ленине»?!).» Это показывает вашу ненависть.
«– Подготовка к школе – косвенный результат. Основное же – проживание детьми этого периода жизни как самоценного.» А в Стандарте выброшено все, откуда косвенное возьмется, если его там и в помине нет?
«Образование (согласно дорогой моему сердцу «ВНИКовской» концепции) включает в себя и обучение, и воспитание, и культивирование индивидуальности ребенка.»
Вместо этого единства, вы оставили игры ребенка сами с собой! Самодостаточность детства! В стандарте нет никаких условий, критериев содержания ребенка, требований к условиям содержания! К среде!
О какой индивидуальности вы ведете речь, когда в стандарте ВЫБРОШЕНА предельная численность детей в группе! Не указано число детей на одного воспитателя! Число других пед. работников, функции корректировки здоровья. Это воспитатель один будет 30 детей выслушивать в виде эха? В глаза заглядывать?

Воспитатель не должен быть главным в этой игре, ребенок сам до всего должен дойти! Да когда он САМ дойдет? Вы сами то представляете? То есть весь этот тысячелетний опыт обучения вы выбросили на помойку! Вас то учили! А теперь вы говорите до 7 лет ничему не учить! Родители на бессознательном уровне чувствуют, что учить надо! Пусть в игре, но учить надо. А вы эти ученые, под видом борьбы с дедушкой Ленином, выбросили всю систему дошкольного образования! САМИ – я ненавижу это слова!
О среде, которая формирует образование, количества этой среды, качество, те компьютеры, что в вашей агитке по стандарту, в вашем отвратительном стандарте НЕТ! Это пустой стандарт, король то ГОЛЫЙ!
Этот Стандарт, под закон Об образовании. Под заказ партии Единая Россия на экономию бюджета, на ликвидацию конституционных прав граждан на доступное и бесплатное дошкольное образование. В стандарте выброшены ВСЕ гарантии государства по дошкольному образованию! Я считаю стандарт разрабатывали жулики!


  • 1
?

Log in

No account? Create an account