Электронная газета "Вести образования"

Previous Entry Share Next Entry
Шесть вопросов к Дмитрию Ливанову
eurekanext
Канделаки_ЖЖ
Вокруг Министерства образования назревает очередной скандал. В преддверии визита в Госдуму, который должен нанести на следующей неделе министр Дмитрий Ливанов, сразу две фракции обрушились на него с критикой: коммунистам не нравится, что он хочет реформировать Академию наук, а «Единой России» – кампания министра по борьбе с плагиатом. Одним словом, с такими критиками волей-неволей станешь защитником Дмитрия Ливанова. Как можно ругать его за намерение реформировать РАН, которая давно из научного центра превратилась в пансионат для пожилых заслуженных профессоров? Как можно его критиковать за борьбу с плагиатом, парализовавшим всю систему выдачи научных степеней? Да и кто это критикует-то, депутат Бурматов, которого самого поймали на плагиате? И это притом что он невесть каким образом оказался во главе думской комиссии по образованию, не имея в этой области никакого опыта!
Когда Дмитрий Ливанов придет в Госдуму, ему действительно надо будет поставить жесткие вопросы. Но вопросы по существу. Не возьмусь говорить о высшем образовании и науке: не совсем моя тема, а вот касательно среднего образования у меня вопросы к министру есть. И все они предельно конкретные:
1. С момента начала вашей работы прошел уже почти год, но до сих пор нет даже «дорожной карты» на тему изменения объема и содержания школьной программы. Отсутствие информации порождает слухи о том, что все скоро станет платным и необязательным, а останутся только физкультура и «Основы православной культуры». Неужели за год нельзя было хотя бы начать общественную дискуссию о том, как снижать чрезмерную нагрузку на школьников, какие предметы сделать факультативными, а какие обязательными и т.д.? Исследования показывают, что школьник не может эффективно изучать более 8–10 предметов одновременно, у нас же их число доходит до 18–20, а в старших классах вместо пятидневной недели часто делают шестидневную! Есть вопросы также и по тому, на каких предметах делается акцент. Насколько подробно школьнику надо знать о, скажем, бензольных кольцах или отличии плоских червей от кольчатых? Может быть, все-таки ему, выпускаясь из школы, больше пригодятся знания о российской Конституции или основах экономики? Или министерство решает все эти вопросы самостоятельно и нас, как всегда, поставит перед фактом уже принятых решений?
2. Когда будет наведен порядок в области учебных пособий, «рекомендованных Министерством образования», и утверждаемых образовательных стандартов, особенно по гуманитарным дисциплинам? При всем уважении к Российской академии образования ее мнение о том, что должно, а что не должно входить, например, в перечень обязательной для прочтения русской литературы, вызывает много вопросов. Почему бы не привлекать в таких случаях широкий круг экспертов, ведь у нас их немало, в том числе с мировой известностью?
3. В школах введен курс «Основ православной культуры», но нет ни одного курса, который бы развивал толерантность к разным религиям и толерантность в целом. В обществе, которое объединяет много религий и национальностей, надо вводить те программы, которые будут объединять людей, а не дробить их по тем или иным признакам. Не правда ли, Дмитрий Викторович?
4. Все эксперты в один голос говорят, что уроки будут куда эффективнее, если в них будет больше интерактива (а не «Открыли учебники, читаем со страницы такой-то…»). Современные технологии позволяют реализовать эту возможность. Что было сделано за год в этом направлении? И было ли хоть что-то сделано?
5. Система финансирования у нас устроена так, что благополучным школам проще получить дополнительное финансирование. К примеру, там, где лучше сдают ЕГЭ, получают больше денег. Это, конечно, хороший стимул, но кто будет заниматься теми школами, где сейчас все плохо? Кто будет разбираться, в чем причина низкой успеваемости, пытаться что-то менять? Сейчас порой мы видим ситуацию, когда школы делятся на привилегированные, за поступление в которые родители должны раскошелиться, и отсталые, где учатся преимущественно дети мигрантов, плохо владеющие языком. Есть ли программа развития таких неблагополучных школ? Есть хотя бы методология выявления таких школ? По адаптации тех же детей мигрантов необходимо организовать отдельную образовательную программу, иначе у них неизбежно с возрастом все острее будет возникать проблема социализации. Мы своими руками загоняем людей в иммигрантские гетто.
6. И последнее – по порядку, но не по значению. Минобр давно заявил программу по привлечению молодых учителей в школы. Очевидно, что сегодня, когда безработица в стране низкая, молодежь потянется в школы, только если предложить более или менее достойный уровень зарплат. Официально у нас декларируется средняя зарплата в 30 тыс. рублей, но поговорите с учителями в регионах: мало кто получает больше 15 тыс., а в южных регионах нормальная зарплата учителя – 7–8 тыс. (бывает и ниже!). Неужели у государства сегодня недостаточно средств, чтобы обеспечить среднюю зарплату для учителей во всех регионах не ниже тысячи долларов? Тогда зачем государство постоянно говорит о «необходимости развития регионов»?
Разумеется, просто взять и повысить всем зарплату – это слишком легкое, но не всегда возможное решение. Я все понимаю: инфляция, дефицит бюджета. Но можно создать такую систему стимулов, чтобы хотя бы треть или четверть отличившихся учителей премировались повышенной зарплатой. Это одновременно создало бы здоровую состязательность в образовании (вот и посмотрим, кто бы при такой системе выиграл – опытные преподаватели или молодые) и заставило бы задуматься о критериях оценки работы преподавателей как таковых. Сейчас, похоже, никакой мотивации для них вкладываться в работу нет: отчитал по учебнику, пошел домой – к чему надрываться? Но чтобы все это заработало, нужны те самые критерии оценки работы преподавателей, которые так до сих пор и не разработаны. А год уже прошел.
Кто-то может счесть этот последний пункт популистским: повышения зарплат просят все и всегда. Но зарплата учителям – это не выброшенные деньги, это инвестиции в человеческий капитал. Мы заработаем на этом больше, чем потратим, – это ведь одновременно вклад в снижение преступности, в качество рабочих рук, в оздоровление экономики регионов. Сегодня учителя выпали из среднего класса и все сильнее отстают по доходам от городских «белых воротничков». Только государство может помочь восстановить престиж профессии. Согласны со мной, Дмитрий Викторович?

Тина Канделаки

?

Log in

No account? Create an account